Единоличница и мизантроп (nikta_julia) wrote,
Единоличница и мизантроп
nikta_julia

Salvatio II : 12

Оригинал взят у watchful_shadow в Salvatio II : 12
12 мая, 0:03. Квартира Сесиль Бержер

«...История Нортэмперии весьма неоднозначна, но о том, что происходило на самом деле, вряд ли кто-то знает сколь-нибудь достоверно: каждое поколение правителей, исходя из своего отношения к предшественникам, трусливо переписывало исторические книги, так что они то лучились славой Великой Державы, то пузырились кровью, гноем и позором; что оттуда вымывалось почти с гарантией, так это историческая правда.

Но потом случился конфуз под названием интернет. Нет, он не стал проводником истины и справедливости, скорее даже наоборот, но, так или иначе, очень многое из того, что и новые, и старые власти предпочитали скрывать, выплыло наружу.

Выплыло и очень много мусора: гулял, например, по Сети загиб, что кратеры на Луне – это, дескать, следствие термоядерной войны между Атлантидой и Нортэмперией которая, на самом деле, древнее неандертальцев. А потом бац! – и из этого вырос целый культ, ага?

Но речь не об этом, а о том, что новые правители – наши нынешние – пришли к мысли, что переписывать в очередной раз учебники, в сущности, и незачем. Гораздо проще оказалось заставить граждан Нортэмперии гордиться даже самыми неприглядными эпизодами официальной истории. Больше скажу, именно ими в первую очередь и предлагают, даже требуют гордиться – гнётом и тиранией, массовыми расправами, бессмысленными жертвами во время войн, полицейщиной, бесправием людей и исконным засилием самодовольной орды чиновников; посмотрел бы на этих мордоворотов К. Франц, враз съехал бы окончательно. Раньше всё это пытались замалчивать, скрывать, приуменьшать значимость... Ну а теперь... Можно пытаться отмыть добела какого-нибудь кобеля-тирана, доказывая, что он был, например, изрядным поэтом, а можно сказать, что это вообще некультурно и неприлично – спрашивать, зачем он истреблял людей пачками. Можно замалчивать масштабы массовых казней, а можно объявить, что таким образом жертвы и палачи вместе работали на великое будущее. И вот именно второе мы сейчас и наблюдаем, нет?..»


Раздался странный и очень громкий вой, Бержер даже вздрогнула от неожиданности. Нет, ничего. Просто канализационные трубы.

На столе перед ней стоял раскрытый ноутбук, который она забрала из сожжённой библиотеки.

По-видимому, он принадлежал Виктору, хотя сказать это со всей определённостью было нельзя. В компьютере обнаружился солидный архив текстов, рассортированных по годам, – и это был единственный, по-видимому, структурный критерий. Случайные записи случайных людей начала века. Людей, сплошь недовольных жизнью. Чем они были недовольны, интересно? Видели бы они, что творится сегодня.

Бержер глянула в сторону окна. Там не было видно ничего, кроме густого смога, подсвеченного оранжевым: то ли фонари, то ли снова пожар где-то.

...А впрочем, о Родине – только с благоговением. Как учили. А эти записи... Сами по себе они вряд ли представляли собой что-либо противозаконное. Тем не менее, их надо бы закрыть на замок и предоставлять доступ только по предварительным заявкам и после всесторонней проверки личности...

Сесиль открыла ещё один текст. На сей раз это была, по-видимому, чья-то переписка:

«...– Ну и что в итоге имеем? Нынешняя «мОлодёшш» каким-то волшебным образом умудряется сочетать вещи, казавшиеся несовместимыми в принципе. Например, непрошибаемый инфантилизм и столь же непрошибаемый цинизм, превратившийся из защитной реакции в стратегическое наступательное оружие. Трёхлетние дети считают, что вода в квартире берётся «из крана», и всё остальное для них не существует, – так вот молодёжь 16-25 лет считает, что фильмы и музыка «берутся из интернета», типа сами собой там зарождаются, этакий неисчерпаемый природный ресурс.

Но попробуй им напомнить, что это в действительности не совсем так, получишь в ответ весь словарь табуированной лексики и новость о том, что ты уж точно кому-нибудь, да продался. И да, они сами прекрасно понимают, что это бред. А ну и что?


    – Скажи мне, насколько репрезентативна твоя выборка, чтобы говорить про всех сразу?

– Знаешь, я давеча слегка (на самом деле не слегка) охренел, когда мне шестнадцатилетние сопляки гордо начали «задвигать» в духе того, что «порядок лучше свободы, а то когда свободы слишком много, это много куда может завести». И я не могу сказать, от себя они это вещают, или просто повторяют за родителями. Когда же я спросил, куда именно может завести свобода и с каких пор она и порядок – взаимоисключающие понятия, получил в ответ пустые и бессмысленные глаза. И вот тут я точно почуял себя героем романа Франца...


    – Честно, не понимаю твоего пафоса: такие водились всегда, вспомни хоть классику – про «умеренность и аккуратность». Да и «Душу в чехле» вспомни. Хоть там и немолодой уже персонаж. Ничего нового.

– Заставить их читать классическую литературу невозможно. Зато всякий «идеологический» жмых они готовы жрать корытами. И чем больше там будет пафоса, вранья и мракобесия, тем им «прикольней». Историю учить отказываются, зато всегда точно знают, «где враги окопались» и кого надо запретить.

Чем дальше, тем сильней убеждаюсь, что если нынешний nonvulwam1 строй свалится-таки в полноценную, нажористую диктатуру, они её примут на ура. Да чего там, в авангарде в ногу пойдут.

– «Они» это кто – инопланетяне? Мы вообще-то о другом говорили, кажется.»


Бержер откинулась на спинку кресла и прикрыла глаза. В такой поздний час чтение давалось уже не без труда. Да и содержание... Мда. У неё постоянно слегка кружилась голова, но даже самой себе признаться в том, что это от прочитанного, ей не хотелось.

Несколько секунд она сидела с закрытыми глазами, прислушиваясь к тишине. Вдруг её нарушил звук распахивающейся двери квартиру и грохот тяжёлых ботинок. Вместо того, чтобы вскочить и схватиться за оружие, Сесиль неторопливо повернулась на кресле ко входу.

Дверь в комнату распахнулась. Вошла Элизе, по сторонам от неё встали двое автоматчиков в масках.

– Капитан Бержер, – дребезжащим от волнения голосом произнесла Элизе, – сдайте оружие и удостоверение. Вы арестованы по подозрению в государственной измене, покрывательстве преступников и уничтожении улик.
– Всего лишь по подозрению? – спросила Бержер.
– Пока трибунал не признает вас виновной, – ответила её заместительница.
– Что ж, Элизе, поздравляю, – не вставая, ответила Бержер. – Вы определённо получите теперь капитанские погоны – и, вероятно, мою должность в придачу. Горжусь вами. Собой тоже горжусь: я вырастила себе отличную смену.
– Не будем зря тянуть время, – холодно ответила Элизе.
– Да, вы правы. Помните Шекспира?
– Не иначе как хотите поцитировать мне «Цезаря» на прощание? – зазвеневшим язвительностью голосом спросила Элизе.
– Нет, не оттуда. «Прибавьте к сказанному: как-то раз в Алеппо»...

Она осеклась, увидев, как из-за спины Элизе вдруг высунулась круглая, налысо бритая головка. Монктон! Что он-то здесь делает?

Монктон, вывернув губы, раскрыл круглый рот, обернувшийся присоской, целиком заполненной бесчисленными острыми зубами, как у миноги, и звонко зашипел.

Бержер, резко выдохнув, открыла глаза. Где-то стонала водопроводная труба. Всё, затихла. Это просто сон.

Кошмары стали ей сниться в последнее время слишком часто. Этот, впрочем, был каким-то особо выдающимся. Слишком достоверным, слишком подробным. Сесиль на всякий случай проверила замки на входной двери, понимая, что делает это лишь для поддержания иллюзии собственного спокойствия.

...Нет, Элизе не будет рыть под неё. По крайней мере, не будет в ближайшее время. Ей от этого ни малейшей выгоды. Если, конечно, она не получит прямой приказ откуда-нибудь сверху.

Бержер неоднократно устраивала подчинённой проверки на верность, и та ни разу её не подвела.

Так что это просто глубоко укоренившийся страх. Разбуженный недавними событиями.

Да, просто страх...

____________
1. «Невнятный, ни то ни сё» (табу. нортэмп.)

В начало | В начало второй части | Предыдущая глава | Продолжение следует


Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic
    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments